Archive for July, 2009

ДОХОДНОЕ МЕСТО

Sunday, July 26th, 2009

money.jpg

 

 

 

Никогда, в прежние и нынешние времена, оплата труда врача у нас не была ни адекватной, ни справедливой. Однако воистину гротескных форм эти диспропорции проявляются сейчас.

Более того, многих врачей вполне устраивают сегодняшние медицинские “реалии”. Даже студенты вполне “адекватно” воспринимают их и уже в медицинском вузе мечтают войти в “нужную колею” отечественного здравоохранения.

Все прекрасно понимают, что безбедное существование у нас обеспечивается не знаниями и интенсивной работой, а “доходным” местом. А под “доходным” местом все понимают определенные должности, специальности и виды деятельности, часто связанные с работой на дефицитной аппаратуре.

Вершину этой пирамиды занимают администраторы от медицины. И если для министерских и областных чиновников главной кормушкой является “разрешительная система”, то для главных врачей – это их “хуторок с его обитателями”.

В практическом здравоохранении привилегированное положение у заведующих отделений хирургического профиля. Однако чтобы удержаться на этой должности им не всегда потребуются  знания и способности, а часто крепкие локти и хватка.

Не в пример им, рядовым  хирургам и анестезиологам (которым удалось заставить себя уважать) немало нужно затратить “усилий”, чтобы обеспечить себе хоть какую-то приемлемую жизнь.

Алчность гинекологов уже стала нарицательной (кстати, во всем мире) и обуславливает высокую конкурентность в приобретении этой специальности. Но далеко не все их желания реализуются. Родственны им и урологи.

Дерматовенерологи, чей статус за границей  немногим отличается от интернистов. У нас же, за счет нелегального лечения сексуально передающихся инфекций (очень часто весьма сомнительных), а также “выдачей” разрешительных справок, они также сумели обеспечить себе сносную жизнь.

С появлением новейшей диагностической аппаратуры (СТ, УЗИ и т.д.), часто дефицитной, появилась возможность вспомнить “советские манеры”. В результате – часть приема в государственных больницах идет через личный карман.

Можно продолжить этот список особенностей “национального профессионально-медицинского характера”, но  главным выводом будет то, что как и ранее, сейчас, ни образование, ни квалификация, ни интенсивность труда у нас не являются критериями его оценки и оплаты.

Это не говоря о том что, как правило, именно посредственность проявляет лучшую способность к занятию места под солнцем.

Для примера, даже в США, где уровень благосостояния врачей один из самых высоких в мире, можно увидеть разницу в доходах врачей в 1,5-2 и редко 3 раза (я не останавливаюсь здесь об известных причинах). Но никто там даже представить не смог бы, что разница в оплате врача может составлять 10 и более раз.

Однако, именно такая реальность существует у нас, где, например, “благодарность” за операцию составляет несколько месячных зарплат педиатра или терапевта. Или однодневный “левый доход” врача, работающего на диагностической аппаратуре – недельной или месячной зарплате тех же врачей.

Аргументы заинтересованных врачей в “особой важности” их труда сомнительны. Для больного нет разницы, от чего он может умереть – от аппендицита, холецистита или от инфаркта миокарда и пневмонии. Это если не вдаваться в то, что и частота этих заболеваний разная. Что же касается особенности и интенсивности труда, то думаю, что у врачей палат интенсивной терапии, неонатологов  и т.д. она выше, чем у многих “доходных” специальностей.

В стороне и вне широкого освещения находится клиническая медицина. Однако именно здесь, в тихой заводи, наши остепененные кафедральные мужи закидывают свои широкие неводы. Именно здесь, а не в районных и городских больницах и вращается  абсолютно большая часть теневого дохода в медицине. Однако это крайне редко выплывает на свет, потому что, обслуживая “сливки” общества, они и пользуются его покровительством.

Констатация наличия мощной прослойки доходных специальностей в медицине не является проявлением зависти к этим специальностям. Это важно, потому что эти врачи, как правило, являются штрейкбрехерами в деле отстаивания врачами своих прав, становясь на сторону администрации больниц, потому что и назначение их на эти должности осуществляется на протекционистской основе.

Чаще всего они также являются носителями  консервативных идей и не заинтересованы в реформах в медицине, так как нынешнее положение вполне устраивает их, а перспективы новаций внушают им опасения в сохранении своего благополучия.

Абсурдность отечественных реалий хорошо ощущаешь, поработав за границей. Получая достойную оплату за свой труд, все работающие здесь врачи с чувством тошноты вспоминают “родные реалии”. И представители “доходных мест” не исключения.

Перенос фактической материальной оценки труда врачей в “тень” не только деформирует справедливость и мораль, но также уничтожает мотивацию квалифицированного труда. Доминирующий инстинкт выживания ведет к нравственной деградации.

Именно поэтому реформа оплаты труда врача является важнейшей и первейшей мерой для  преодоления того депрессивного состояния в котором находится абсолютное большинство наших врачей и вся наша медицина.

MISSED ABORTION или Украинский Медицинский Союз

Monday, July 13th, 2009

office.jpg

 

 

Забавно и одновременно нудно было наблюдать несколько недель назад, в “день советского медработника”, потуги Украинского Медицинского Союза напомнить о себе. Скандирующие с экранов клятву врача, студенты вузов возвращали нас в дремучее прошлое, а банальности, произносимые на разных каналах председателем президиума Украинского медицинского союза Ю. Поляченко вызывали оскому.

Создается впечатление, что никто из его организаторов уже не знает, что же делать с виртуально существующем  “Медицинским Союзом”. Организованный явно с  политическими задачами – повторить путь пройденный “Пульсом Украины” (под патронатом Р.Богатыревой для Л.Кучмы) и наткнувшись на абсолютную апатию медицинского сообщества, его руководство носится сейчас с ним, как говориться “что дурень с дубиной”.

Да к тому же, ныне уж и непонятно, для поддержки какой из ведущих политических сил  создавался этот проект. Как оказалось, его руководство вполне комфортно себя чувствует и сохраняется у власти при правлении любой из конкурирующей политических партий.

Сам же руководитель медицинского союза представляет собой пример посредственности, как врача, так и организатора здравоохранения. Этот представитель “киевской золотой молодежи”, в паруса карьеры которого дула вся стройиндустрия города, так и нигде не состоялся.

Быстро смекнув, что в науке “Травматология” даже со степенями много звезд для личной жизни не снимешь, он, переждав смутные времена, руководя медсанчастью своего отца и влившись в киевский политический бомонд, начал покорять коридоры власти. Что ему и удалось.

Однако век пребывания в кресле министра здравоохранения недолог. Слишком много желающих присосаться к “золотому корыту разрешительной системы” Минздрава. Почти нежно (ворон ворону глаз не выклюет) пересадив экс-травматолога в новое кресло – должность директора Института хирургии и трансплантологии Академии медицинских наук Украины им. Александра Шалимова, новые власти продолжили его перманентный бюрократический полет.

Сейчас он занят новым проектом под названием Украинский Медицинский Союз. Авось удастся его продать. Тому, кто даст подороже.

Перечислить банальные идеи, витающие в его уме можно на пальцах одной руки. Наиболее известный его перл о борьбе с коррупцией в медицине – “Бери, но декларируй” достоин пера Гоголя.

Что же касается его сентенций – “Бюджетно-страховая медицина – идеальная модель для Украины”, то это отражает всего лишь кругозор современной медицинской бюрократии.

Пример, который у нас перед глазами – российский образец такого типа здравоохранения, наглядно показывает крах этой модели. А разница, которая существует в оплате труда медиков и оснащением больниц (далеко не всех и не везде) объясняется не преимуществом этой системы, а ценой барреля нефти.

В тоже время положение с медицинским образованием, профессионализмом врачей, качеством медицинской помощи населению столь же плачевно, как и в Украине.

Давно доказанной истиной является положение о том, что страховая медицина успешно (насколько это можно в медицине) работает в богатых странах с населением достаточно высокого уровня культуры. Иначе не избежать византийщины, при которой, как в России никакие страховые взносы и страховые компании не спасают больных от тотальных поборов и низкоквалифицированной медицинской помощи для большинства населения.

В развивающихся странах, в разряд которых мы по социально-экономическим стандартам реально перешли, как правило, существует бюджетная медицина с внедрением платности (где символической, а где и реальной) за определенные виды медицинских услуг. Только так можно покрыть финансовый дефицит затрат на медицину и избежать содержания дорогой страховой службы. Это притом, что там конечно не существует такой гипертрофированной системы здравоохранения.

Перечислять дальше все мудрствования и прожекты экс-министра, включающие такие, как создание на предстоящем съезде медицинского союза, Медицинского кодекса и Кодекса медицинской этики весьма скучное занятие.

Можно лишь сделать вывод – не переведутся попы Гапоны, которые  будут, выполняя пожелания верхов, уводить социальные и профессиональные группы от борьбы за справедливых решений и предъявления законных требований к циничным властям.

УДАРИМ ДИССЕРТАЦИЯМИ ПО БЕЗДОРОЖЬЮ

Wednesday, July 1st, 2009

911.jpg

 

Пандемия диссертаций захлестнула Украину. И нет сфер и отраслей, которых она бы не затронула. Редкий мэр университетского города, губернатор области или директор крупного предприятия не защитил сегодня диссертацию.

Причина здесь не только в том, что не истребить извечную тягу чиновников повесить себе на шею орден “Льва и Солнца” (читай Чехова), но и в корыстных устремлениях – весомыми доплатами к зарплате и пенсии (даже если защита состоялась за день до пенсии).

Ну а уж если диссертация нужна по роду службы, то стремление к ее обладанию ничем не сдержать. И если раньше, даже в советское время, процедура подготовки и защиты диссертации сопровождалась многочисленными нарушениями и коррупционными сделками, то сейчас она стала напоминать посещение супермаркета.

Как и раньше, водопад из диссертаций никак не отражается на научно-техническом прогрессе в стране. Всюду отсталость и застой – царство консервативной мысли. А большинство соискателей научных степеней представляют собой посредственности, которые не только не являются научными исследователями, но даже непрофессионалы своего дела.

И медицина здесь не исключение. Более того, медицина всегда была классическим образцом бесплодной отечественной науки. Историческая замкнутость от остального научного мира, незнание специалистами иностранного языка  не позволяет заглянуть по ту сторону стены. Да и особого желания у нашей научной общественности к этому нет.

Потому что в противном случае, все бы узнали, что научные работы в медицине, в лучшем случае, это давно исследованые и доказанные истины, да притом еще, весьма плохо скомпилированы, интерпретированы или повторены. А в большинстве случаях – это просто примитивные научные исследования с недостоверными результатами и банальными выводами.

Особо объяснять, что научно-диагностическая и лабораторная аппаратура наших клиник и НИИ – это позавчерашний день в медицине, думаю, не стоит. Все понимают, что проведение серьезных научных исследований, стоит огромных средств, которых сегодня просто нет в стране.

Абсолютное большинство выполненных работ не соответствуют критериям научной доказательной медицины. А децентрализация аттестационных комиссий весьма облегчила путь соискателя к заветному званию.

Говорить об “индексе цитируемости” авторов этих научных перлов – это значит вызвать их полное непонимание и агрессию. Впрочем, иногда их публикуют в иностранных журналах (вам придется очень долго их искать), хотя аргументом для этого скорее является стремление редакции расширить аудиторию авторов и продемонстрировать свой демократизм, чем научную ценность работы.

Читать отечественные (как и российские) научные работы, признаюсь, весьма тошнотворное занятие. После каждой попытки даешь себе слово не притрагиваться к украино  и русскоязычным научным медицинским журналам. Такова реакция на банальность и примитивизм “секонд-хенд” знаний.

Уж лучше читать оригинальные англоязычные издания, из которых наши ученые мужи и черпают свои научные идеи. Читая большинство иностранной медицинской научной и учебной литературы, не только получаешь новейшие знания, но также не сомневаешься о достоверности полученных данных в проведенных  исследованиях, а тема изложена ясно и понятно, без всякой пустопорожней шелухи.

Конечно, причина всего этого – наша сохраняющаяся научная изоляция от цивилизованного мира. Поэтому, только интеграция в единое европейское научное пространство, с внедрением европейских стандартов и правил научных исследований, подтверждением их оригинальности и ценности через европейские базы данных, защита диссертаций по европейским правилам, поставит науку с головы на ноги.

При этом возможно придется выбросить в мусорную корзину более 90%  научных работ, ежегодно представляемых для защиты диссертаций. Но это будет небольшая плата за научный прогресс страны.

Немаловажную роль в нездоровой ситуации в науке представляет материальная выгода от защищенной диссертации. Нигде в мире за диссертацию не платят деньги, а если она представляет коммерческий интерес то исследователь берет патент, который затем продает. Многие известные иностранные ученые даже не тратят время на защиту диссертаций.

За что у нас научные мужи получают деньги (при том, что абсолютно подавляющее количество диссертаций даже не выдерживают проверку временем) – не понятно, разве что за компенсацию коррупционных затрат, понесенных соискателем во время ее защиты.

Другая проблема – это стремление врача получить заветное место на кафедре медицинского вуза. Ведь работа на кафедре, в отличие от практического здравоохранения, менее тяжелая и изнуряющая, а также и более оплачиваемая.

В развитых западных странах практические врачи получают большую зарплату, чем сотрудники кафедр. Поэтому у них нет большого интереса к кафедральной работе. Туда идут действительно люди, склонные к педагогической и научно-исследовательской работе. Вследствие этого наиболее квалифицированные врачи сосредоточены за рубежом в практическом здравоохранении. Часто и научная деятельность в больницах (как в частных, так и в государственных) ведется более активно.

Размах псевдонаучной деятельности в личных корыстных интересах в стране, которая по своим социально-экономическим показателям соответствует статусу развивающейся – аморален и преступен. Ибо отбирает так необходимые средства от возможности внедрить мировые достижения науки в нашей стране. Рассеиваются также средства, которые можно бы было сконцентрировать в виде грантов для талантливых соискателей.

Однако наивно думать, что наша, тотально остепененная ученая и бюрократическая медицинская знать может добровольно отойти от государственной кормушки. Остается только игнорировать их и их научный эрзац продукт, который только и может быть востребован за частоколом страны с названием “Отсталость”.