УКРАИНСКИЙ МЕДИЦИНСКИЙ БЛОГ

Домашние нравы

Низкий образовательный уровень студентов медицинских вузов, которые позже становятся врачами, известен всем, кроме эти знания дающим, которые во весь голос всюду заявляют о соответствии их мировым стандартам.

На практике, прекрасно понимая реальное качество и ценность такого образования, они стремятся “своих чад” пристроить в места, где можно хоть чему-то научиться. А точнее к себе или к своим коллегам на кафедры, где они в дальнейшем продолжат путь по стопам своих родителей. Этой же дорогой идут и другие “чада”  VIP контингента.

Конечно, все имеют право на профессиональный успех, но достигать этого все должны открыто и на равных условиях.

Однако, каждый, окончивший медицинский вуз, своими глазами видел, что в процессе учебы на протяжении 6 лет вовсе не эти лица являлись “TOP студентами”. А совсем другие, от  которых вуз по завершению их учебы без сожаления избавляется.

В результате – страна теряет тысячи талантливых врачей и научных исследователей, которые не в состоянии были преодолеть “режим максимального бюрократического неблагоприятствования”.

Келейность, закрытость, семейственность и коррупция – являются реальным тормозом для прогресса медицины в нашей стране.

Кухонная правда

Как и в былые времена, правда жизни и ценность отеческого образования прекрасно известна университетским и иным верхам, поэтому при малейшей возможности они проталкивают своих детей за границу, безусловно, за счет государства.

И такая возможность есть, хотя знают о ней далеко не все. Случайные отрывки этой информации проскакивают и в “медия”. Так например, наткнулся я в Интернете на интервью “Заступника директора Департаменту кадрової політики МОЗ України”.

” – У нас вже зараз десятки студентів їдуть за кордон, де проходять пару семестрів навчання і повертаються. Тільки в Національному медичному університеті ім. Богомольця минулого року за такою програмою за кордон поїхало з десяток магістрів…”.

“- У нас зараз існує державна програма підготовки лікарів за кордоном. На це ми виділили більше п’яти мільйонів гривень. Зараз ми відбираємо людей, які володіють англійською мовою, і які зможуть навчатися на анатологів, інтенсивістів. Ці люди зможуть працювати в запланованих до будівництва в Україні суперсучасних клініках, як то Лікарня майбутнього…”.

Хотел я бы спросить у медицинской общественности – знают ли они о существовании таких программ? Знают ли они об предъявляемых к соискателям требованиях и условиях конкурсов? И существуют ли вообще конкурсы?

Прекрасно зная наши нравы, у меня лично существуют большие сомнения в этом.
Учеба врачей за границей предоставляет огромные возможности как лично для врача повысить свой профессиональный и карьерный уровень, так и для прогресса системы здравоохранения в целом.

Однако нужно не забывать, что происходит это на деньги налогоплательщиков (за исключением оказываемой партнерской помощи) и весьма немалые. Так например, 1 год обучения в резидентуре в западных странах стоит до 10 тыс.$ и это без учета средств на проживание.  А значит, доступ к такой возможности получения наилучшего образования должен быть справедливой и равной доступности.

На сайтах МОЗ и Университетов должна быть информация о вакансиях и условиях конкурсов. А сами конкурсы должны происходить в обстановке открытости для медицинской общественности.

Кроме этого, существует проблема невозврата специалистов из-за границы после завершения образования. Интересны в связи с этим пассажи автора интервью по этому поводу.

С одной стороны читаешь здесь очередную ахинею про высокий уровень наших врачей – “Україна є дійсно європейською державою. В Європі всі чудово знають професійний рівень наших лікарів…Тобто в нас немає проблеми пропозиції дійсно кваліфікованих кадрів”.

С другой, он же далее констатирует -  “Ці спеціалісти обов’язково повернуться в Україну. Їм видаються візи на навчання. До того ж за кордоном дуже добре захищений свій ринок робочої сили. Лише один із ста наших фахівців може там влаштуватися на роботу лікарем. Це пов’язано як з мовним бар’єром, так і з тими кваліфікаційними тестами, які мають проходити наші лікарі, і з рівнем володіння сучасними технологіями для того, щоб працювати в сучасних поліклініках”.

Хорошо хоть между строк просматривается правда о реальном уровне квалификации наших докторов, но в жизни всегда можно найти лазейку, чтобы достичь “место под солнцем” не в одном, так в другом месте.

Поэтому, справедливым решением было бы создание гарантий для возвращения врачей на родину. А именно – направление на учебу должно выдаваться под финансовый кредит в государственном банке, который бы в дальнейшем аннулировался при возвращении врача в страну и отработке им в государственной системе здравоохранения в течение 3 лет.

Ургентная необходимость

Реальная потребность в специалистах всех медицинских профилей европейского уровня столь велика, что речь должна идти о тысячах… Пути для этого должны быть созданы как через государственные гранты, так и через массовые партнерские программы помощи. И хотя довольно остро стоит языковая проблема, практика показывает, что имея перед собой конкретную цель и стимул, молодежь очень быстро достигает успеха.

Поэтому, должна быть создана специальная программа для молодых врачей, желательно закончивших клиническую ординатуру, для отправки на учебу и стажировку в клиники европейских стран и США.

Отдельная программа должна быть создана для молодых преподавателей медицинских вузов, которые отправятся перенимать передовой опыт лучших университетов.

Эти программы позволят за короткое время создать ту критическую массу профессионалов, которые и должны будут совершить революционные преобразования в нашей медицине и системе здравоохранения.

 Стремление к Свободе и Справедливости – природное чувство, присущее человеку. Тысячелетия существования человеческого общества подтвердили это непрерывной борьбой человека за право их обладанием. Хотя нередко она заводила человечество в исторические тупики и кровавые заводи.

Но, тем не менее, народы передовых цивилизации мира (Европейской и ее вариантов – Американской и т.д.) сумели создать общество с наиболее совершенной системой социальной справедливости. Конечно, ее диапазон ограничен экономическими возможностями государств. Но эта система динамическая, о чем говорит нынешняя, с таким трудом продвигающаяся реформа здравоохранения в США.

Только культурная и политическая изоляция, а также непрерывная, исторически обусловленная бедность населения и примитивизм его потребностей мог создать иллюзию, в которую до сих пор многие верят, что у нас было еще недавно справедливое общество. Карикатурой на справедливость можно назвать сегодняшнею систему общественных отношений у нас в стране.

И нет социальных сфер в нашем обществе, которых бы это не касалось.

Образование

Система образования – это важнейшая социальная функция в обществе, которая обеспечивает, в конечном счете, функциональность всего государства, конкурентность в мире и всестороннее развитие его народа. Однако сейчас речь не пойдет об удручающем его сегодняшнем состоянии. Речь пойдет о справедливости в доступе к его получению.

За последний год произошли значительные изменения. То, о чем я писал в своих ранних статьях, утверждая, что только по результатам внешнего компьютерного тестирования должен осуществляться прием в вузы – свершилось. Все недостатки и ошибки этого метода ничто по сравнению с тотальной коррупцией и несправедливостью, существовавшей до этого.

Однако до идеала еще далеко. Очевидно, что все экзаменационные тесты должны быть компьютеризированы и качество их должно быть значительно выше. Однако, прошлогодняя вступительная компания в вузы показала также все недостатки нынешней системы доступа к получению образования.

Совершенно абсурдной выглядит нынешняя система льгот и преференций при поступлении в вузы. Порочна сама философия такой социальной политики. Преференции для поступления в вуз должен иметь только ТАЛАНТ в определенной сфере наук, который волею случая (недобирания баллов по непрофильному предмету) может не состояться. И все!

В вузах высокой категории аккредитации (3-4), особенно в ведущих университетах страны, должны учиться только те, кто доказал, что их знания лучшие. Это универсальный принцип во всех развитых странах мира. И только благодаря ему в этих странах развивается успешно наука и прогресс. В отличие от наших вузов – царства посредственностей, кумовства и коррупции.

Смысл социальных льгот в образовании не должен заключаться в доступе к высшему образованию посредственностей, даже если это инвалиды. Он должен заключаться в помощи получения профессионального образования социально незащищенной части молодого поколения: дети-инвалиды, сироты и т.д., которое поможет им стать на ноги и зарабатывать себе на жизнь.

И это профессиональное образование должно быть разного уровня – от ученика мастера на предприятии  или учащегося училища профтех образования, до учебы в вузе
разной категории аккредитации. И зависеть это должно только от способностей самого претендента. Оплата учебы, стипендия на время учебы социально незащищенным лицам – вот та действительно справедливая политика, которая должна проводиться государством в современных условиях.

Если же представители льготных категорий хотят получить образование в лучших вузах страны, то они должны поступить туда на общих основаниях, доказав, что они достойны этого. А государство оплатит им эту учебу.

Кроме того, необходимо пересмотреть состав этих льготных категорий, оставив в них, вероятно, только детей-инвалидов. Все остальные должны брать кредит на образование на общих основаниях (получая адекватную государственную стипендию во время учебы) ибо при нынешнем экономическом положении страны нет большой разницы в социальном  и материальном статусе большинства выпускников вузов.

Те статистические данные, которые выявились в ходе результатов прошлогодней вступительной кампании, доказывают, что должны быть пересмотрены коренным образом принципы получения образования.

Фактом является то, что 50% всех поступивших – это контрактники, т.е. студенты, родители которых оплачивают учебу. И если кто-то считает, что это богатые родители, то он ошибается. У нас в стране вообще 90% небогатого населения, а еще точнее – бедного.

Почти все бюджетные места (оплаченные государством) заняли льготники. Причем – это не всегда сироты и инвалиды.

Получается, что в реальности, большинство населения страны не имеет доступа к формально провозглашаемому “бесплатному образованию”. И это именно та часть населения, которая оплачивает образование своих детей и через налоги финансирует образование чужих детей. Ничего справедливого я в этом не вижу.

Всему обществу необходимо честно посмотреть правде в глаза – у нас нет реального бесплатного образования для большинства. И уже давно.

Еще совсем недавно оно формально существовало только для того, что бы власть имущие и преподавательская элита вузов могла проталкивать своих чад в учебные заведения для получения бесплатного образования. Сейчас, уверен, они будут стремиться приспособиться к новой для них ситуации. Не сомневаюсь – они это смогут сделать. Вопрос лишь во времени.

Совершенно очевидно, что общество должно создать новые принципы возможностей получения образования. Они должны быть справедливы и общедоступны. И уравнять всех сможет введение всеобщей платности за образование.

Все желающие получить образование должны платить за него, как это реально делает уже сегодня большинство населения. Тем, кто не имеет средств, должен быть предоставлен государством кредит на образование, который они будут возвращать, работая после завершения вуза. Кроме того должны существовать и различные программы государственной и частной спонсорской и меценатской помощи в получении образования талантливым детям. Это общемировая практика.

Бесплатна должна быть только начальная и средняя школа. Но никто не должен оплачивать получение высшего образования для чужих детей, в, то время, когда он не может оплатить учебу своих.

Не сомневаюсь, что при равенстве принципов получения образования и цена его будет снижаться. Кроме того, не секрет, что до половины выпускников вузов не работают по приобретенной ими специальности, тем самым, по сути, выбрасывая на ветер деньги, затраченные на них государством (т.е. наши деньги!).

Плата за образование также радикально уменьшит и эту проблему, так как заставит более серьезно и осознанно подходить к выбору обретаемой специальности, за которую придется платить свои деньги.

Все трудоспособное население страны через налоги обеспечивает все социальные обязательства страны. Эти обязательства должны быть реальны и подъемны для народа. В противном случае они вызывают еще большую деформацию и несправедливость в социальных отношениях в обществе. В том числе в такой сфере, как образование.

Сегодняшний опыт других стран, даже успешных и богатых, показывает, что и у них происходит трансформация принципов получения образования. Т.е. вводится полная или частичная плата за получение высшего образования. Что же касается бедных стран (к которым сейчас реально относится Украина), то там, как правило, существует платность в получении высшего образования.

Совершенно очевидно, что решение этой проблемы нуждается в широкой дискуссии. В открытом обсуждении всех “за” и “против”. В честном признании сегодняшних экономических реалий. В следовании принципам справедливости, равенства и общедоступности высшего образования. Для всех.

Прогресс – это Интернет плюс знание английского языка.

Так, перефразируя известное выражение, можно банально охарактеризовать информационную революцию в мире. Действительно, Интернет интернационализировал знания, сделал их общедоступными и всепроникающими. Он предоставил населению отсталых стран возможность доступа к самой передовой информации развитых стран, на обретение которой были затрачены миллиарды.

Однако, также совершенно очевидно, что без владения английским языком, Интернет будет пустой забавой или будет служить обеспечению потребительских услуг. Ведь более 90% новейшей информации в различных областях наук публикуется на английском языке. И нет никакой реальной возможности перевести весь этот водопад знаний.

Альтернативой этому может быть только нынешнее положение вещей в русском и украинском Интернете, где молодые юзеры рамблерят в поисках нафталиновых рефератов.

И Google вам в помощь.

В то время, как лучшие мировые поисковые системы приведут жаждущих знаний в библиотеки и информационные системы, сайты университетов и различных научных обществ, где, чаще всего, по бесплатной подписке,  вы сможете регулярно получать на дом лучшую всемирную информацию в необходимой вам области знаний.

Медицина предоставляет вам лучший пример этому. Начиная с medicalstudent.com и до сотен лучших сайтов в различных областях медицинской науки, профессиональных обществ и медицинских поисковых систем – все предоставлено в помощь врачу и на благо его пациентам.

University.net

Вузовская информационная сеть (о том, что студента без компьютера просто не должно быть, надеюсь, дискуссии быть не должно) -  сегодняшняя реальность в передовых странах мира, должна стать стартовой точкой для внедрения информационных технологий в стране, которые в дальнейшем через ее носителей и практический опыт должны распространиться на всю страну.

Важнейшими ее составляющими является обеспечение разнообразных функции – административных, методических, образовательных, научных.

Административные: выполнение рутинных, но необходимых бюрократических функций, которые заменят длинные ряды досок с объявлениями, информация на которых, иногда важная, редко доходит до студентов.

Методические: расписания и планы занятий, обратная связь с преподавателями, рассылка электронной почтой информационных и учебных материалов. Уже сегодня службы Google способны бесплатно обеспечить такую возможность.

Образовательные: предоставляются неограниченные возможности этой главнейшей функции вуза. Наконец-то можно будет покончить с нудным наследием прошлого – конспектированием лекций, регулярно обновляемые версии которых можно будет скачать с сайта кафедры. В дальнейшем, загрузив в ридер, усваивать материал.

А на самих лекциях в интерактивном режиме преподаватели будут разъяснять наиболее трудный материал. Радикально должно измениться положение с учебными материалами, так как непоспевание за быстро  обновляемой информацией и финансовые проблемы с публикацией учебников отойдут в прошлое.

Ведь лекции, на основе новейших мировых знаний, будут легкодоступны. Кроме того, на начальном этапе, для сокращения финансовых издержек на разворачивание информационной сети, публикацию учебного материала можно сконцентрировать на сайтах ведущих вузов страны.

Все учебные материалы должны публиковаться на конкурентной конкурсной основе. Это быстро и эффективно повысит качество учебного материала. Большинство быстро устаревающих учебных печатных книг вскоре уйдет в историю.

Информационные технологии, внедренные в учебный процесс, введение вторым учебным языком английского, быстро дадут результат – подготовят профессионалов мирового уровня.

Научные: публичность и прозрачность научной деятельности в вузе, доступ к мировым информационным источникам (если необходимо по вузовской подписке), индекс цитированности по каждой научной работе (которая должна обязательно публиковаться и на английском языке) и персонально, будут способствовать приближению качества научных исследований к мировым стандартам, даже если при этом придется 90% научных работ отправить в мусорную корзину.

Doctor.net

Поддержание и рост профессионализма врача (это универсально применимо к любым профессиональным группам) на должном уровне – это главнейшая задача последипломного образования. Существующая сейчас система регулярных (5-и летних) курсов усовершенствования ущербна и порочна. Подобной такой системы нет нигде в мире.

Основной задачей 2-3 кафедр (этого более чем достаточно) последипломного образования должно стать создание ими и регулярное обновление учебных сайтов по различным отраслям медицины, откуда практические врачи смогут черпать необходимые им знания. Эта информация должна содержать в себе новейшие мировые сведения по всем отраслям медицины.

По подписке они будут рассылать также методические рекомендации и инструкции практикующим врачам. Конечно, должны быть и сайты медицинских профессиональных обществ, в создании и наполнении которых эти кафедры последипломного образования должны также принять активное участие.

Однако, нынешнее положение дел с компьютерной грамотностью врачей остается удручающей. Большинство из них, даже по материальным причинам, не в состоянии иметь индивидуальный компьютер (как правило, если он есть, то его используют дети). А неумение использовать Интернет для поиска медицинской информации – это другая важная проблема. Третья проблема – это отсутствие самих современных информационных материалов на родном языке (так как большинство врачей по различным причинам не владеют, и в ближайшем будущем не будут владеть английским языком).

Problem.net

Проблем, связанных с развитием информационных технологий, много. Однако, все они вполне решаемы. Ведь база для их развития есть. Уже сейчас существует много сайтов учебных заведений и Минздрава, которые выполняют информационно-бюрократическую функцию. Они могут стать основой для разворачивания информационных систем в вузах и практическом здравоохранении. Вполне могут быть использованы для этих целей различные бесплатные сервисы Google и блогосфер.

Для этого лишь необходимы шагающие в ногу со временем руководители кафедр, вузов, министерства здравоохранения. И радикальное решение всех этих проблем, ставших тормозом на пути к переходу к информационному обществу 3-го тысячелетия, позволит нам начать движение по дороге Прогресс.

Переключая каналы

На днях, переключая каналы телевизора, попал на канал Рада, на передачу, посвященную  совещанию ректоров высших медицинских учебных заведений, организованное комитетом по науке и образованию Верховной Рады.

Вспоминаю, как 2-3 года назад, таким же образом, посмотрел по одному из центральных российских каналов всероссийское совещание по развитию высшего медицинского образования. Тогда оно оставило у меня весьма пессимистичное впечатление, поразив полным отсутствием понимания современных проблем в медицинском образовании, науке и здравоохранении, а также перспектив преодоления отсталости в этой сфере от мирового уровня.

Украинское совещание, хотя и не такого масштаба, по своему духу и содержанию не отличалось от российского. Такое же царство интеллектуальной и физической (например, ректор Ивано-Франковского университета с трудом говорил) немощи.

Да и трудно себе представить, чтобы лица, ответственные за качество медицинского образования в стране, признали бы его полное несоответствие современным требованиям. Ведь тогда нужно было бы признавать и свою профессиональную непригодность (по причине незнания этого уровня или его замалчивания) с соответственными выводами.

Выступления ректоров были богаты на эпитеты и, в целом, пустопорожними и некомпетентными репликами, касалось ли это Болонского процесса или университетского статуса (чем он в действительности не является) учебного заведения.

Если и поднимались какие то проблемы, то не было даже намека на их серьезное осмысление и решение. Например, говорили о проблеме создания университетских больниц. Однако, кроме желания, что-то еще контролировать, другой цели в ее решении у выступавших не прослеживалось.

Никто так и не выступил с объяснением необходимости и самой концепцией учебного госпиталя. И тогда, что существует во всем мире, было бы понятно, что проблема не ограничивается только созданием университетских больниц (ведь все равно их мощностей всюду недостаточно), а выработкой целей и стандартов функционирования учебных госпиталей (Teaching hospital).

Ведь на сегодняшний день главная проблема не в том, кому принадлежат клинические больницы. Проблема в том, что уже давно при реальной власти в них университетских кафедр, они все равно не обеспечивают в них становление врача. Профессора и т.д. не позволяют врачам, особенно хирургического профиля, профессионально расти, считая отделения своей пожизненной кормушкой.

Председатель собрания, председатель комитета Верховной рады по образованию и науке, хотя и позиционирует себя как представитель прогрессивной, проевропейской политической силы, в действительности представляет собой продукт советской эпохи в образовании, которая и сохранилась по сегодняшний день и которая продолжает поддерживать нашу отсталость во всех областях.

Естественно, ни одного его вопроса по поводу несоответствия победных ректорских заявлений реальному низкому уровню квалификации украинского врача так я и не услышал.

Из чего сделал вывод – не с этими руководителями можно связывать надежду на прогресс медицинского образования в стране. А точнее – одним из условий реформы должно быть их отстранение от занимаемых должностей.

И приход нового руководства, которое должно начать действовать:

- Провести аудит системы медицинского образования (потому что нет иной возможности пробить этот бастион консерватизма) в стране с приглашением европейских специалистов в этой области и признать его результаты, как руководство к действию, какими бы не были позорными эти выводы для страны (ведь проводит аудит нашей экономике МВФ).

- Значительно сократить количество медицинских вузов, о чем давно уже ведется дискуссия (по причине отсутствия потребности в таком их количестве и реальных экономических возможностей по их содержанию), с радикальным омоложением его сотрудников (как заявили на совещании 35% из них пенсионного возраста).

- Массовое направление преподавателей на краткосрочные стажировки в зарубежные медицинские колледжи и учебные госпиталя (надеюсь Запад нам поможет в этом) для быстрого овладевания передовыми методами подготовки врача.

- Введение английского языка вторым учебным языком в учебном процессе, как единственно возможного средства доступа к современным знаниям (так как невозможно перевести даже 10% необходимых книг, которые к тому же ежегодно обновляются).

- Использование современной зарубежной медицинской литературы в учебном процессе (по большому счету, кроме атласа Синельникова у нас нет медицинской учебной литературы мирового уровня).

- Создать на основе зарубежного опыта концепцию учебного госпиталя, которая будет отвечать своей главной задаче – подготовке врача-практика и воплотить ее в жизнь.

- Реальная компьютеризация медицинского образования, как эффективного средства обучения и доступа к лучшим современным мировым медицинским знаниям. Подключение университетских библиотек к известным медицинским базам данных.

Это только первые неотложные шаги по реанимации нашего едва живого медицинского образования. После того как мы пройдем их, уверен, у всех наступит прозрение и последующие шаги реформы и ее цели ни у кого уже не вызовут сомнения.

Пандемия диссертаций захлестнула Украину. И нет сфер и отраслей, которых она бы не затронула. Редкий мэр университетского города, губернатор области или директор крупного предприятия не защитил сегодня диссертацию.

Причина здесь не только в том, что не истребить извечную тягу чиновников повесить себе на шею орден “Льва и Солнца” (читай Чехова), но и в корыстных устремлениях – весомыми доплатами к зарплате и пенсии (даже если защита состоялась за день до пенсии).

Ну а уж если диссертация нужна по роду службы, то стремление к ее обладанию ничем не сдержать. И если раньше, даже в советское время, процедура подготовки и защиты диссертации сопровождалась многочисленными нарушениями и коррупционными сделками, то сейчас она стала напоминать посещение супермаркета.

Как и раньше, водопад из диссертаций никак не отражается на научно-техническом прогрессе в стране. Всюду отсталость и застой – царство консервативной мысли. А большинство соискателей научных степеней представляют собой посредственности, которые не только не являются научными исследователями, но даже непрофессионалы своего дела.

И медицина здесь не исключение. Более того, медицина всегда была классическим образцом бесплодной отечественной науки. Историческая замкнутость от остального научного мира, незнание специалистами иностранного языка  не позволяет заглянуть по ту сторону стены. Да и особого желания у нашей научной общественности к этому нет.

Потому что в противном случае, все бы узнали, что научные работы в медицине, в лучшем случае, это давно исследованые и доказанные истины, да притом еще, весьма плохо скомпилированы, интерпретированы или повторены. А в большинстве случаях – это просто примитивные научные исследования с недостоверными результатами и банальными выводами.

Особо объяснять, что научно-диагностическая и лабораторная аппаратура наших клиник и НИИ – это позавчерашний день в медицине, думаю, не стоит. Все понимают, что проведение серьезных научных исследований, стоит огромных средств, которых сегодня просто нет в стране.

Абсолютное большинство выполненных работ не соответствуют критериям научной доказательной медицины. А децентрализация аттестационных комиссий весьма облегчила путь соискателя к заветному званию.

Говорить об “индексе цитируемости” авторов этих научных перлов – это значит вызвать их полное непонимание и агрессию. Впрочем, иногда их публикуют в иностранных журналах (вам придется очень долго их искать), хотя аргументом для этого скорее является стремление редакции расширить аудиторию авторов и продемонстрировать свой демократизм, чем научную ценность работы.

Читать отечественные (как и российские) научные работы, признаюсь, весьма тошнотворное занятие. После каждой попытки даешь себе слово не притрагиваться к украино  и русскоязычным научным медицинским журналам. Такова реакция на банальность и примитивизм “секонд-хенд” знаний.

Уж лучше читать оригинальные англоязычные издания, из которых наши ученые мужи и черпают свои научные идеи. Читая большинство иностранной медицинской научной и учебной литературы, не только получаешь новейшие знания, но также не сомневаешься о достоверности полученных данных в проведенных  исследованиях, а тема изложена ясно и понятно, без всякой пустопорожней шелухи.

Конечно, причина всего этого – наша сохраняющаяся научная изоляция от цивилизованного мира. Поэтому, только интеграция в единое европейское научное пространство, с внедрением европейских стандартов и правил научных исследований, подтверждением их оригинальности и ценности через европейские базы данных, защита диссертаций по европейским правилам, поставит науку с головы на ноги.

При этом возможно придется выбросить в мусорную корзину более 90%  научных работ, ежегодно представляемых для защиты диссертаций. Но это будет небольшая плата за научный прогресс страны.

Немаловажную роль в нездоровой ситуации в науке представляет материальная выгода от защищенной диссертации. Нигде в мире за диссертацию не платят деньги, а если она представляет коммерческий интерес то исследователь берет патент, который затем продает. Многие известные иностранные ученые даже не тратят время на защиту диссертаций.

За что у нас научные мужи получают деньги (при том, что абсолютно подавляющее количество диссертаций даже не выдерживают проверку временем) – не понятно, разве что за компенсацию коррупционных затрат, понесенных соискателем во время ее защиты.

Другая проблема – это стремление врача получить заветное место на кафедре медицинского вуза. Ведь работа на кафедре, в отличие от практического здравоохранения, менее тяжелая и изнуряющая, а также и более оплачиваемая.

В развитых западных странах практические врачи получают большую зарплату, чем сотрудники кафедр. Поэтому у них нет большого интереса к кафедральной работе. Туда идут действительно люди, склонные к педагогической и научно-исследовательской работе. Вследствие этого наиболее квалифицированные врачи сосредоточены за рубежом в практическом здравоохранении. Часто и научная деятельность в больницах (как в частных, так и в государственных) ведется более активно.

Размах псевдонаучной деятельности в личных корыстных интересах в стране, которая по своим социально-экономическим показателям соответствует статусу развивающейся – аморален и преступен. Ибо отбирает так необходимые средства от возможности внедрить мировые достижения науки в нашей стране. Рассеиваются также средства, которые можно бы было сконцентрировать в виде грантов для талантливых соискателей.

Однако наивно думать, что наша, тотально остепененная ученая и бюрократическая медицинская знать может добровольно отойти от государственной кормушки. Остается только игнорировать их и их научный эрзац продукт, который только и может быть востребован за частоколом страны с названием “Отсталость”.

С дипломом, но без знаний

Получением диплома, по окончанию вуза, завершается первичное образование врача. Если вы почитаете многочисленные иностранные (например, англоязычные) форумы студентов медицинских вузов, то услышите отчаянный крик о тяжелой и интенсивной учебе и экзаменационном прессинге. У окончивших вузы вы не услышите радостных воспоминания о прекрасной студенческой жизни.

В отличие от наших студентов, для которых студенческая жизнь продолжает оставаться веселым времяпровождением (хотя  многим из них и стало  жить трудней из-за финансовых проблем, в связи с чем гораздо большее, чем ранее, студентов вынуждено подрабатывать).

Учебные требования и качество приобретенных знаний остаются на крайне низком уровне. Обусловлено это многими факторами: отношением самих студентов, низкими вузовскими требованиями на протяжении всей учебы, непрофессионализмом преподавателей и высокой степенью их коррумпированности, архаичной учебно-методической базой, отсталостью отечественной медицинской науки.

В решающей степени качество сегодняшнего выпускника – молодого доктора зависит от субъективных факторов – его личной целеустремленности и тому, как повезет с преподавателями и учебно-клиническими базами. Что немыслимо в вузах цивилизованных стран и развивающих странах, где учебный процесс протекает по западным стандартам. И нет шанса окончить вуз, не соответствуя определенным стандартам.

Подтверждением моих слов являются многочисленные сообщения на зарубежных форумах об иностранных студентах, обучавшихся в Украине и России. Например, Малазийском, где читаешь возмущения по поводу низкого уровня предоставляемых знаний, отсутствие у выпускников-врачей современных знаний и практических навыков (даже элементарных).

Отечественные принципы и этапы постдипломного образования

Структура нашего постдипломного образования не вписывается ни в какие международные стандарты. И даже не касаясь качества этого образования, у наших специалистов работающих за рубежом, нет шанса доказать даже формально свою высокую квалификацию.

После окончания зарубежного вуза все врачи проходят годичную интернатуру получая при этом базовое разностороннее минимальное образование, позволяющее им приступать к самостоятельной практике. Это предоставляет ему весьма ограниченные возможности в выборе места работы и, безусловно, ни о какой специализации не может быть и речи.

В отличие от нашего образования, при котором врач, не имеющий никаких широких базовых самостоятельных практических навыков получает специализацию во время прохождения интернатуры.

Специализацию у нас можно получить и в ординатуре. Однако получив профессиональную специализацию по ее окончании, врач не получает реальной международной квалификации: врач-специалист, что в реальности отражает уровень этого образования.

Специализация-резидентура по различным областям медицины для врачей длиться во всем мире 4-5 лет. В ходе интенсивной учебы и практической деятельности он получает высокий уровень квалификации. Врач специалист готов к абсолютно автономной работе на современном уровне в своей специальности, а также владеет всеми практическими или оперативными навыками. Его клинический уровень, в большинстве случаев, выше, чем у наших сотрудников кафедр.

Для примера я приведу, например, специальность врача кардиолога. Получая у нас в течение интернатуры  эту специальность врач становиться, по-сути, узким терапевтом, который в будущем будет вести прием больных кардиологического профиля и вести отчетность. Получая же за рубежом в течение 4-5 лет свое образование, кардиолог овладевает не только практикой ведения на современном уровне кардиологических пациентов, но и всеми инвазивными диагностическими и лечебными методами, применяемыми в кардиологии, а также эхокардиографией и другими диагностическими методами.

Что касается дальнейшего постдипломного образования (аттестационные и другие курсы) врачей любой специальности, то оно не выдерживает ни какой критики. Месячные формальные курсы со “сдачей” аттестационных экзаменов это глумление над здравым смыслом и справедливостью. За рубежом врачи также периодически проходят различные курсы, однако они направлены на овладевание новыми методиками и лечебными возможностями, а также направлены на расширение своих клинических знаний в смежных специальностях.

Постдипломная эпопея

Интернатура

Безусловно, можно сказать, что сроки специализации в интернатуре (если признать неизбежностью факт специализации во время прохождения интернатуры) не достаточны. Однако, на мой взгляд, не это является главной причиной низкого уровня приобретаемых врачебных знаний, потому что установи в наших условиях более протяженный период обучения (что и было одно время) – результат был бы тот же.

Воистину, драматичная картина разворачивается, если рассмотреть теоретический и практический уровень, который получают наши врачи в ходе своего обучения в интернатуре.

Проходя ее, молодые врачи часть учебного времени проводят на своих профильных клинических базах, а часть в больницах, часто периферийных и весьма архаичных.
На клинических базах их учеба мало чем отличается от студенческих лет не только в овладении теоретическими знаниями, но и в приобретении практических врачебных навыков.

Понятно, что для врачей хирургического профиля (хирурги, акушеры-гинекологи, ЛОР, окулисты), это имеет катастрофические последствия, несмотря на то, что у них интернатура длиться 2 года. Можно констатировать всеобщий факт их неподготовленности. Если интерны не дети сотрудников кафедр или иные “блатные” лица, то овладеть профессиональными оперативными навыками им во время интернатуры не удастся.

Связано это с тем, что всюду профессора и остальные сотрудники кафедр, рассматривают свою клиническую базу не как учебный центр для молодых врачей, а как кормушку для своего обогащения, не подпуская, тем самым, интернов к операциям.

В отличие от нашей системы, за границей интернатуру (а под этим в основном подразумевается получение всеми! врачами подготовки по общей практике), как правило, проходят в течение 1 года и она проходит в учебных госпиталях. Тичинг госпиталь представляет собой крупную многопрофильную  больницу, связанную с университетом в которой подготовка врача к самостоятельной практике является его главной задачей.

Как врач, работавший за границей и работавший вместе с интернами и молодыми врачами, могу сказать, что разница в качестве подготовки врача-интерна значительно отличается, сравнивая с нашей. Молодые врачи общей практики имеют лучшую подготовку по терапии и смежным специальностям терапевтического профиля, педиатрии, а также в области хирургии и акушерства-гинекологии. Они способны также выполнять малые хирургические вмешательства.

Наши интерны также, считается, что получают подобную подготовку, но в реальности практически все выполняют это формально. Руководители их подготовки с удовольствием подписывают все бумаги, доказывающие овладение ими практических навыков, закрывая глаза на почти всеобщую фальсификацию этого.

Ординатура

Задачами ординатуры являются – специализация врача, в какой либо отрасли медицины после окончания вуза (!) или повышение его квалификации, после полученной специализации в интернатуре. Совершенно очевидно, что ее сроки (2 года) не соответствуют международным стандартам (обычно резидентура за рубежом длится в течениние 4-5 лет).

Не соответствует она и статусу резидентуры, после которой врач получает полноценную категорию – врача специалиста, имеющую чрезвычайно высокий статус и доход.

У нас же окончание ординатуры вообще ничего не значит. Врач не имеет даже минимальной категории. Это также никак не сказывается на оплате его труда.

Как и в случае с интернатурой, основная проблема ординатуры заключается в качестве этого образования. Как и в интернатуре, качество получаемых врачом (терапевтического профиля) знаний в решаемой степени зависит от мотивации самого ординатора, уровня квалификации и ответственности к своим обязанностям самих сотрудников кафедры, а также материально-техническим состоянием и оснащением самой больницы. То есть все отдается на волю случая.

Для врачей-ординаторов хирургического профиля положение немногим отличается от прохождения интернатуры. В отличие от своих западных коллег, они не то, что не становятся высококлассными хирургами, а вообще могут не выполнить ни одной операции за все время ординатуры.

Выводы: Как врач, который прошел все этапы отечественного постдипломного образования и достиг высшей степени квалификации (при всем моем скепсисе к этому образованию и критериям), а также длительное время работал за границей, я имею моральное право и могу со знанием дела судить и сравнивать.

Подготовка молодых врачей в интернатуре находится на крайне низком уровне, не позволяющем им получить необходимые практические навыки. Позиция, занимаемая профессорско-преподавательским составом кафедр последипломного обучения, особенно хирургического профиля – преступна по отношению к молодым врачам, которые не осознают еще своей третьесортности, к здравоохранению, куда направляются все эти неучи и к больным, которые обречены на неквалифицированную  медицинскую помощь.

Немногим отличается ординатура по качеству знаний от интернатуры, отдавая в руки судьбы и субъективным фактором уровень квалификации будущего “специалиста”.

Молодые врачи после окончания интернатуры и ординатуры не способны в большинстве случаев начать активную самостоятельную работу. Для врачей хирургического профиля настоящая учеба только начнется на своем рабочем месте. Если конечно останется энтузиазм и будет для этого возможность (например, допустит ли его к операционному столу заведующий хирургическим отделением).

На основании опыта, скажу, что весьма малая часть этих врачей становиться активно оперирующими хирургами. Не представляется возможным говорить о какой-то высокой их квалификации. Это – удел единиц.

Можно констатировать совершенное не соответствие кафедр последипломного образования своим основным задачам. Главной из них – подготовки квалифицированных врачей. Создается впечатление, что они им просто мешают. Ведь у них есть более важные личные задачи – материальный интерес не подпускать молодых врачей к больным (так как операции представляют коммерческий интерес), а также занятость “наукой” (хотя трудно назвать их примитивные работы настоящей наукой).

Совершенно очевидно, что нынешнее состояние постдипломного образования врачей не соответствует ни каким современным международным стандартам, как с формальной стороны – короткий срок и сама квалификационная градация, так и с качественной стороны – отсталость знаний и безответственное отношение професорско-преподавательского состава кафедр.

Если кто-то считает это ложью, то можно подтвердить это субъективно – качеством наших молодых врачей в больницах и объективно – результатами постдипломных контрольных экзаменов.

Но если бы действительно независимая комиссия проверила бы знания и реальное владение практическими навыками врачей после завершения ими интернатуры или ординатуры, то боюсь, картина была бы более трагичной. А если бы в эту комиссию включить зарубежных представителей, то скандал был бы вселенских масштабов.

И результатом этой проверки должно быть решение – незамедлительное увольнение сотрудников этих кафедр,  невзирая на имена.

Поверьте мне, у нас нет таких имен, которые можно было бы променять на интересы больных  и сломленные врачебные судьбы.

Иллюзорные надежды

“Через год-полтора Украина будет интегрирована в единое образовательное пространство Европы”.

“Знаете, я горжусь тем, что мы дошли до договоренностей о том, что украинский диплом с 2010 года будет так же признан, как любой диплом европейской страны. Точнее, страны, которая принимает участие в Болонском процессе”.

“Степень украинского ученого будет так же признана, как степень любого ученого Европы”.

На совещании с ректорами президент определил срок – до 2010 года украинское образование должны привести к европейским стандартам.

Меньше всего я хотел бы касаться политических проблем. Однако должен отметить, весьма сходный менталитет (точнее научно-культурную некомпетентность) постсоветской элиты, буть-то киевские псевдоевроатлантисты или московские ортодоксы. Ведь все они окончили одни и те же (советские) вузы.

А вырваться из этих цепей не так-то просто. Все они (а в действительности большинство из нас) уверены, что получили хорошее образование, чем и продолжают до сих пор гордиться. Достижения в сфере космоса и атома являются неизменными, приводимыми ими доказательствами этого (хотя современная информация об истории их создания, проливает свет на значительное техническое копирование западных образцов и методов).

Так не хочется всем им видеть, что больше аргументов нет. По большому счету, ни одного. И если раньше, многие считали, что во всем виновата лишь система, то сейчас, по прошествии десятилетия, видно, что это не вся правда.

До сих пор гуляет басня о том, что запад восторгался советской системой образования, особенно после запуска космических спутников. Но не все знают продолжение этой истории. Да, он удивился, оглянулся, рассмотрел ее внимательно, а затем пошел дальше вперед своей дорогой.

Наша наука, ученые и инженера так ничего более и не предъявили миру. Свидетельства тотальной научно-технической отсталости, ежедневно, на улицах, в магазинах, на рабочих местах и в вузах, перед нашими глазами. И лишь там, где участвует иностранный капитал, знания и западные профессионалы, сразу виден результат.

Справедливость этих утверждений подтверждает путь, пройденный Тайванем, Индией, Китаем и многими другими странами (еще недавно научно и культурно отсталыми), взявшими за основу прогрессивную западную систему образования, как базовый элемент научно-технического прогресса страны и достигшие реального успеха.

Университеты (в том числе медицинские) этих стран занимают передовые позиции, они признаны во всем мире и для их выпускников открыты любые двери. Чего не скажешь о выпускниках даже киевских и московских вузов. Кто этому не верит, пожалуйста, проверьте сами. Исключения весьма редки, индивидуальны (на уровне научных сотрудников высокого уровня) и лишь в некоторых сферах.

Болонский фантом

“Украинское образование, модернизованное по стандартам Болонского процесса, может стать влиятельным игроком на международном образовательном рынке в кругу таких лидеров в этой сфере, как США, Великобритания и Австралия” заявлял Рыбачук, в прошлом отвечавший за евроинтеграционную политику.

Если даже такие продвинутые “европеисты” демонстрируют такое невежество, то, что можно сказать об остальной “элите”.

Куда только не кинешь взор: в отзывах преподавателей вузов, вплоть до профессоров, или на студенческих форумах, везде прочтешь скептические отзывы и высокомерные мудрствования о том, что Болонская система не оправдала их ожидания и надежды.

Полная некомпетентность, нежелание и боязнь посмотреть на себя в зеркало и сделать честные выводы, поражают. Так и хочется спросить – какие надежды и ожидания? Надежды безо всякого труда совершить качественный рывок в образовании?

Болонская хартия была принята, для того, чтобы унифицировать Европейское образовательное пространство. Для того чтобы всем понятно было содержание и объемы приобретаемых знаний, структура и сроки учебы. И не более!

Так, не любимая нашими студентами и преподавателями  кредитно-модульная система организация планирования и проведения занятий, лишь уравнивает содержание обучения и объем знаний по одному и тому же предмету, изучаемому студентами разных вузов, городов и стран.

Уверен, для того, чтобы присоединиться к Болонской хартии, Варшавскому, Пражскому, Будапештскому или Бухарестскому университетам потребовалось лишь провести 1-2 ректорских совещаний и потратить 1 мес. на изменения в учебных планах, а потом забыть об этой проблеме и о самой Болонской системе.

Потому что, Болонская система, это бюрократическая процедура, по-существу не влияющая значительно на качество образования.

А качество образования в этих вузах всегда было хорошее, потому что они были интегрированы в международный научный мир и в соц. период своего развития. Их дипломы признаны во всем мире. А хорошее владение их выпускниками иностранными языками, позволяет им легко интегрироваться и найти работу за границей.

Чего не скажешь о выпускниках наших вузов, миллионы которых работают в Европе далеко не по специальности.

Что же касается выпускников Каирского, Делийского, Манильского, Гонконгского … университетов, то сомневаюсь, что они вообще знают о существовании Болонской хартии. Ведь они имеют прекрасное образование по англо-американским стандартам, открывающее им дверь в любую западную страну.

Добро пожаловать в реальность

У нас же Болонская система превратилась в самоцель и стала единственной надеждой на улучшение качества образования.

Надежды ложной и иллюзорной, потому что Болонская система, это лишь фантом (муляж), который нуждается в наполнении качественным содержимым.

И это содержимое включает:

- высокую квалификацию преподавателей, обладающих современными знаниями, чего без владения иностранными языками невозможно и что на практике означает значительную смену кадрового состава вузов
- наличия новейшей учебной литературы, соответствующей мировым стандартам, которая, к сожалению, написана на иностранном языке и которую в достаточном объеме, перевести практически невозможно
- современное техническое оснащение учебно-методического процесса и его компьютеризацию
- высоких качественных требований к студенческому контингенту, из которого потом и сформируются современные профессионалы своего дела
- высокие культурные и взаимотребовательные (преподаватель – студент) стандарты учебного процесса
- введение английского, как второго учебного и научно-технического языка, без которого невозможно обладание современными мировыми знаниями
- участие в мировых интеграционных образовательных процессах, чтобы как в зеркале увидеть свое реальное отражение и пути, по которым нужно идти.

Академическая наука

Вспоминаю, как в студенческие годы, накануне перестройки, в дискуссиях с товарищами, на мои констатации, очевидного уже тогда, факта нашего научного, технического и экономического отставания, некоторые собеседники доказывали мне обратное, приводя в пример традиционные космос, атом и то, что мне многое не ведомо.

Ну, о “космосе и атоме” уже говорено много. И, как и почему и во что это обошлось стране и народу… А вот про то, что “не ведомо”, так это в корне не верно. Ведомо всем и ежедневно об этом нам напоминают – по произведенной у нас одежде, бытовой технике, автомобилям  и т.д. Ведь это реальный результат научно-производственного уровня страны. И тогда, любой детально интересующийся состоянием прогресса в нашей стране, мог получить ответ в библиотеках. Сейчас, это стало намного проще с Интернетом и свободным обменом и перемещением.

Но даже сейчас мы продолжаем слышать старую заигранную пластинку, о каком-то соответствии нашей науки мировому уровню. Как и раньше, это безусловная ложь. Основной причиной, по которой это происходит, является корыстные интересы академического клана и стремление политиков поддержать иллюзию, что они правят действительно развитой страной.

Официально статус академии наук закреплен, как высшей научной государственной организации. Однако на деле она никогда не была организацией только “гигантов научной мысли”. Половина ее членов, даже в советские времена, были не ученые, а администраторы. И если сегодня даже в России, где остались все основные научные центры, академическая наука представлена сегодня жалкими остатками былой эпохи, то в Украине ее реально нет. Сегодня она представлена второразрядными учеными и административными чиновниками. Чего стоит приобретение звания члена президиума НАНУ известным проффесором.

Чуть ли не главной своей заслугой, наш 90! летний патриарх (Б.Патон) считает то, что Академии Наук удалось сохранить собственность и земли. Если в этом он понимает главное назначение академии, то он ошибается. Это уже не “осень патриарха”, а его перманентная зимняя спячка.

Реальностью же является то, что в Украине в ближайшие 10 лет не будет средств на большую науку, которая требует сотни миллионов долларов, на исследования. Это, если не принимать во внимание наличие носителей научных идей мирового масштаба.

А все деньги, которые выделяются на содержание Украинской Академии Наук, будут тратиться на обслуживание собственности и функционирование центральных и немалочисленных региональных научных центров и на содержание всего его аппарата. Говорить о производимой научной ценности всеми этими структурами, это тратить время, а доказывать, что-либо ссылаясь на “индекс цитируемости” персоналий, это означает вызвать полное недоумение у оцениваемого лица.

Во всех развитых странах мира академии наук, это скорее почетные организации, члены которой не получают никакой платы. И их роль заключается лишь в советах и координационных планах. Деньги же на конкретные научные исследования выдаются специальными фондами в виде грантов. И, чтобы их получить, нужно иметь веские аргументы и доказательства.

Реформа архаичной УАН давно уже перезрела и если для этого нужно откупиться от академиков, предоставив им в последний раз высокую пенсию, то на эту взятку нужно пойти. Потому что, это в тысячи раз меньше, чем бессмысленные и неэффективные сегодняшние траты. Но это также и снятие цепей с тех украинских ученых, кому есть, что сказать миру.

Академическая  медицина

Когда, в 19 веке, французская академия наук принимала в свои ряды медицину и ее представителей, то одним из аргументов был – ” ну пусть они посидят с нами, может чему-то и научаться”

Действительно, медицина не является точной наукой, поэтому 90% академикам от медицины сегодня стыдно вспомнить о своих научных работах, за которые они были приняты в академию. Ведь большинство из них не прошло проверку временем или была доказана научная ошибочность их трудов и малоэффективность предложенных методик.

Это отличает их от остальных членов академии, которые были приняты пусть и за незначительные научные работы в точных науках или с помощью бюрократических усилий.

Реальностью является факт, что 100% академиков от медицины в Украине, это не только не ученые мирового уровня, но и вообще не известные никому в мире ученые. Правдой является также то, что уровень и возможности институтов и клиник, где они работают, не соответствует даже уровню средней европейской университетской клиники.

Сегодняшняя академическая медицинская наука, это не просто обман страны и народа, это фантом. И нет никаких надежд на его воскрешение. Разве что, обратившись к алхимии, откуда медицина отчасти и вышла родом.

Накануне Нового года я получил письмо от моей родственицы-врача, из России. Изменив имена и фамилии, я представляю вам выдержку из него:

“На 5 курсе у Лены преподавание совсем из рук вон плохо. На  цикле травматологии  одни перерывы, даже рентгенограмм не показывали. На гинекологии из всего цикла разобрали только фибромиомы. На эпидемиологии из 3-х часового занятия – 2 часа перерывы и так весь цикл. Гнать  таких преподавателей надо, но, к сожалению некому. У Надежды Семеновой, Катя на 5-курсе на финансово-экономическом, спросили преподавателя, что такое индекс Доу-Джонса, сказал, что объяснит потом. Спрашивали дважды, потом перестали. В Политехе у Светланы Михайловны сын учится, такая же картина и преподаватели настолько стары, что от них нет толка. Вместо занятий студенты читают свои рефераты, скачанные с интернета. Высшее образование таковым не является”.

Лучше, чем изобразил Edvard Munch в своей картине “Крик”, об этом не скажешь. Знаю, что положение в украинских вузах не отличается от российских. Самое трагичное, что власть имущие прекрасно осознают реальный уровень образования в отечественных вузах. Иначе они не отправляли бы своих детей в западные университеты.

Но нет надежды на то, чтобы они сказали правду, потому что, признав эту, за ней должна последовать другая…

Ложь – это единственное оружие отечественной посредственности от образования, науки и власти. Потому, что спасительней, для них, рассказывать басни о пользующихся большим спросом на западе наших специалистов, чем признать всем известный факт, что на одного специалиста, даже по компьютерным технологиям, из стран бывшего СССР,  там приходится 100 индийских или китайских. О врачах я уже не говорю, потому что их единицы.

Остается только возможность и необходимость донести, как можно большему числу молодежи и людям, имеющим стремление стать современными профессионалами, реальное положение с высшим образованием в наших странах.

И сохранившуюся у них возможность наверстать упущенное. Через головы маразмирующих отечественных профессоров и мумифицированных академиков самим взять знания из необъятных мировых кладовых. Это единственный шанс попасть в последний вагон, уходящего поезда “Прогресс”.

 В действительности, все проблемы образования универсальны и медицинские они, в данном случае, лишь по причине моего профессионального интереса и понимания того, что истоки всех проблем нашей медицины начинаются там.

Так, как я не вхожу в касту жрецов храма науки и образования – этих счастливчиков, кому удалось избежать каторги практической медицины, то все написанное, в случае несогласия, прошу считать записками дилетанта и завистника (но только в случае, если искренность проверят на детекторе лжи).

КАК СТАНОВЯТСЯ СТУДЕНТАМИ

Как и много лет назад по-разному, но еще более несправедливо и нечестно. Половина всех нынешних студентов – это принятые по контракту, хотя часть из них также заплатила взятки за поступление в некоторые вузы и на некоторые специальности. Остальная половина состоит из: детей профессорско-преподавательского состава и государственно-административного аппарата, принятых естественно не на конкурентной основе (список в соответствии с “табелем о рангах” составляется у ректоров заранее и он весьма длинный), выпускников, все еще неумерших наследниц подготовительных отделений (рудиментарная лазейка), заплативших взятку за поступление (в этом участвуют все уровни административно-преподавательского состава, имеющие хоть какой-то к этому доступ, вплоть до приглашаемых на время приема экзаменов преподавателей из периферии). Ну а что осталось – “добро пожаловать в наш вуз”.

Вывод – ни о какой доступности и бесплатности сегодняшнего образования, для абсолютного большинства, говорить не приходится. Защитники такого образования – это те, кто им пользуется и кормится с него.

Единственным выходом из сложившейся ситуации, считаю, может быть только введение 100% ПЛАТНОГО ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ, которое де факто уже есть у нас в стране для большинства желающих учиться. Тем, кто не имеет средств на образование, должны предоставляться долгосрочные кредиты. Вместе с публичными компьютеризованными тестовыми экзаменами (уж лучше пусть ошибется машина, чем полностью скомпрометировавшие себя экзаменаторы), всеобщее платное (пусть даже, на начальном этапе, частично дотируемое, если оно очень дорогостоящее) образование должно помочь покончить с коррупцией в системе образования, повысить конкуренцию среди самих вузов и восстановить принципы справедливости и равенства – важнейшие для первых шагов в самостоятельную жизнь нашей молодежи.

КАК СТАНОВЯТСЯ ПРЕПОДАВАТЕЛЯМИ

Они делаются, безусловно, из того же материала, что и студенты. А еще точнее, подавляющее большинство из них, из той части студентов, которая является – детьми профессорско-преподавательского состава и неких других могущественных элит, общественных активистов (а в мое время, еще и комсомольских), а также редких вкраплений простонародья.

Среди этой категории, за редким исключением, никто в процессе учебы не блистал талантом и не проявлял способности к науке и творчеству, однако к концу учебы все они обзавелись бумагами, подтверждающими их ценность для alma mater. В то же время, молодые таланты, на протяжении всей учебы светившие на небосклоне студенческой научной жизни, получив найкраснейшие дипломы и кучу различных грамот за научные и творческие достижения, по завершению учебы были направлены на периферию, где очень быстро погасла их звезда.

Вполне возможно, под родительским крылом (даже если чадо вело весьма разгульную жизнь в студенческие годы), сделать неплохого врача или преподавателя. Но в одном уверен – светить он никогда не будет.

Неконкурентная, непрозрачная комплектация, семейственность – это одна из причин тотальной научной серости наших кафедр.

КАК НАС УЧАТ

Длительная научная изоляция привела к отсталости нашей науки и стала выгодна нашим “корифеям” для сохранения своего статуса. Даже сейчас, в эпоху Интернета и относительной доступности научной литературы, они заявляют о своем соответствии, каким-то, только им ведомым, мировым стандартам. Это уже диагноз, без всяких шансов на благоприятный прогноз. Хотя нет, одно средство только и осталось – заслуженная пенсия.

Отсталая учебная литература и учебно-техническая база, почти нулевая компьютеризация учебного процесса и низкий профессиональный уровень самих преподавателей не позволяют всерьез обсуждать вопрос о возможности получения хорошего образования в таких условиях.

Особым пунктом стоит незнание английского языка профессорско-преподавательским составом (не говоря уже о студентах). В настоящее время это является одним из краеугольных камней на которых зиждется наша отсталость.

Незнание иностранного языка специалистом – это все равно, что страдать научной слепотой и глухотой. И нет шанса на прозрение.

Из практики знаю, все кто освоил иностранный язык (в профессиональном применении) – изменили представление о себе и своих целях в жизни.

В развивающихся странах сейчас проходит кампания – “каждому ребенку 100$ ноутбук”. Необходима она и Украине – каждому преподавателю и студенту, хотя бы такой же.

Внутривузовская сеть с выходом в Интернет, регулярно обновляемые сайты кафедр с учебным материалом (что есть реальностью на западе и что не дорого сделать у нас) могли бы помочь дать студентам доступ к современным знаниям.

90% всех научных работ, выполняемых на наших кафедрах, можно смело выбросить в мусорный ящик и наука от этого не пострадает. Это одно из следствий нашей исторической научной замкнутости, которую так оберегают наши научные светила.

К концу завершения учебы уровень теоретических знаний и практических навыков студентов низкий, что подтверждается регулярно различными инспекционными комиссиями. Но никто не слышал ни об одном уволенном заведующем кафедрой, ни об одном закрытом вузе (число которых более, чем избыточно).

Процветает коррупция во время учебы. Хотя, по правде, особо никто и не вымогает – сами балбесы студенты с удовольствием откупаются от экзаменов. И их не жаль… Сочувствовать нужно будущим их пациентам.

Наша система образования не вписывается ни в какие общепринятые в мире стандарты. Чего стоит только первичная специализация студентов, которая фактически начинается на 6-м курсе. Везде в мире, даже интернатура у всех врачей одинаковая, а специализация начинается только по ее завершению.

Все, кто работал за границей знает, что любой врач-специалист там обладает большими познаниями во всех сферах медицины (хотя нас заверяют об обратном), что безусловно способствует повышению его лечебно-диагностических возможностей.

Главной причиной такого правила специализации у нас, считаю, заинтересованность вузов во влиянии на выбор специальности и распределение студентов. А то, как же без такого порядка вещей пристроишь своих и прочих нужных чад. Каждый выпускник вуза знает, какие мерзкие времена наступают в вузе при распределении.

Завершающим этапом формирования способного к самостоятельной работе врача является интернатура, которая во всем мире проводится только в учебных госпиталях, что соответствует нашим крупным клиническим центрам. Так интернатура, проведенная не в тичинг госпитале, в Великобритании и США и многих других странах, просто не признается.

Каким высоким стандартам могут научиться наши интерны в периферийных больницах?

Уже обыденным стало то, что врачи хирургического профиля заканчивают интернатуру, не сделав ни одной операции. А то, как же – сотрудники кафедр и заведущие отделений тоже хотят жить. Думаю, что если бы пару таких кафедр во главе с профессорами, по результатам констатации таких фактов, отправили на досрочную пенсию, то ситуация начала бы меняться.

Сейчас слышно, как руководители вузов требуют еще большей автономии и прав. Это примерно то же самое, что поставить слепца в капитанскую рубку. Ну что же, так и будем продолжать дрейф на нашем Титанике?

Впервые опубликована на http://h.ua/story/88788/